Давайте выпьем
Ростовская мебель
 

Книголюбы (Драма идей)
На сцене - лопата, воткнутая в землю. Рядом с ней - студент. На нем только очки и джинсы.
Он лежит и читает старую толстую книгу. Видимо, проходит в колхозе практику.
Появляется бригадир. Он в грязных сапогах и в ватнике, накинутом прямо на голую тельняшку.
БРИГАДИР. Опять книгу на работе читаешь, бумперебум?!
СТУДЕНТ. "Любите книгу - источник знаний".
БРИГАДИР. Чего, чего?
СТУДЕНТ. Горький. А Фрэнсис Бэкон так сказал (листает книгу): "Книги - корабли мыслей".
БРИГАДИР. Кончай дурака валять, бумперебум! Бездельник.
СТУДЕНТ. "Прочесть как следует произведение... вовсе не безделица". Гоголь.
БРИГАДИР (у него чешутся кулаки). Ох, и быть же беде! Ох, беда будет...
СТУДЕНТ (листает книгу). "Не оценишь радость жизни, не вкусивши горечь бед". Шота Руставели.
БРИГАДИР. Ну, слушай, это же некрасиво! Все работают, а ты...
СТУДЕНТ (быстро листает книгу). "Гибкость ума заменяет красоту". Стендаль.
БРИГАДИР. Тьфу, бумперебум! Согласен. Но о работе-то тоже надо думать. Не желаешь работать - так и скажи: мол, я не желаю...
СТУДЕНТ. "Жизнь без желаний ни на что не нужна". Айбек.
БРИГАДИР. Значит, все-таки желаешь, а почему не работаешь? С книгой, понимаешь ли, тут... уединился...
СТУДЕНТ. "Уединение с книгами лучше общества с глупцами". Буаст.
БРИГАДИР. Да ты, бумперебум!.. Ты хоть думаешь, о чем говоришь?!
СТУДЕНТ. "Ни о чем не думает лишь тот, кто не читает". Дидро.
БРИГАДИР. Ох, и на опасный же ты путь встал! Путь ты себе выбрал...
СТУДЕНТ (лихорадочно листает книгу). "Путь, усыпанный цветами, никогда не приводит к славе". Лафонтен.
БРИГАДИР. Да, конечно. Это - да... Но ты можешь сейчас оторваться от книги и поговорить со мной нормальным языком, бумперебум?! Или книга тебе дороже?
СТУДЕНТ. "Милее книги друга в мире нет". Алишер Навои.
БРИГАДИР (натянуто смеется). Ты думаешь, ты что-то новое сказал, да? Ты же ничего нового не сказал!
СТУДЕНТ. "Сколько нелепостей заставляет говорить страсть сказать что-нибудь новое". Вольтер.
БРИГАДИР. Да ты просто повторяешь чужие мысли!
СТУДЕНТ. "Следовать за мыслями великого человека - есть наука самая занимательная". Пушкин.
БРИГАДИР (впадает в меланхолию). Теперь я вижу, как страсть к чтению превращается в порок.
СТУДЕНТ. "Нет ничего поэтичнее порока".
БРИГАДИР (на мгновение выходит из меланхолии). А это кто сказал?
СТУДЕНТ (заглядывает в книгу). Флобер.
БРИГАДИР. Ой-ля-ля! Флобер - и такое сказал! Ну читай, читай все подряд! (Рвет на груди тельняшку). Что же ты не читаешь? Читай! (Снова впадает в меланхолию. Закуривает вместе со студентом. После долгой паузы, как бы разговаривая с самим собой). "Не стремись знать все, чтобы не стать во всем невеждой".
СТУДЕНТ. Что?!
БРИГАДИР. Да это я так (тушит сигарету). Демокрита вспомнил. А Жан-Жак Руссо в свое время заметил: "Злоупотребление чтением убивает науку".
Студент поражен.
Бригадир вынимает уз-за пазухи
точно такую же книгу. Листает.
А вот Лев Толстой интересно сказал: "Читать всего совсем не нужно".
Студент вскакивает на ноги, хватает лопату,
разворачивается и уходит. Бригадир прячет книгу под ватник и обращается к зрителям.
А вообще-то, между нами: "Нет такой книги, из которой нельзя научиться чему-нибудь хорошему". Гете.
Уходит.
(На бис можно произнести еще несколько цитат).
Крепкий отец Пародия в стиле "ретро"
Нельзя сказать, чтобы 1946-й год сложился для Джузеппе Сантиса неудачно. Доход от игорного дома, купленного у Вентуры, превзошел все ожидания. Кроме того, с этой продажей Вентура окончательно утратил былое могущество среди нью-йоркской мафии, и пальма первенства с молчаливого согласия семи Больших семей перешла к Сантису.
Именно об этом размышлял старый Сантис по кличке Крепкий отец, когда в него врезался лимузин.
Помятая дверца с трудом отворилась, и из машины, согнувшись, вылез Петруччо, единственный из оставшихся в живых сыновей глухого Вентуры. Модно сшитый шрам от левой щеки до правого бедра выдавал в нем наклонность к самокопанию и острым ощущениям.
- Привет, Петруччо! - как можно дружелюбней сказал Сантис, помня, что не захватил с собой никакого оружия, кроме обычного крупнокалиберного кольта, кастета, гарроты, пера и бутыли с цианистым калием.
Вместо ответа Петруччо вынул из кармана длинного плаща кулак величиной с пивную кружку и резко ударил.
Сантис медленно упал, но быстро поднялся.
- В чем дело, Петруччо? - спросил он, лихорадочно ища в кармане какой-нибудь пистолет.
Ни слова не говоря Петруччо размахнулся и что есть силы ударил Сантиса ногой в ухо.
- Что с тобой, Петруччо? - виновато улыбаясь, спросил Сантис.
Не давая ему опомниться, Петруччо натянул на руку перчатку с металлическими пластинами и ударил Сантиса под колено.
- Мальчишка! - прошептал Сантис, выбираясь из витрины с дамскими принадлежностями.
Петруччо промолчал, но чувствовалось, что он обиделся на это оскорбление.
И действительно - он зашел в телефонную будку и позвонил знаменитому метателю ножей Луиджи Безрукому, который в это время был без работы и резал лук в пиццерии напротив.
- Ну, раз такой разговор, я ухожу, - сказал Сантис и пошел домой, поблескивая ножом в спине.
Петруччо выхватил из-за пазухи чугунную болванку и незаметно ударил Сантиса по голове.
- Сицилийская скотина! - процедил сквозь зубы Сантис, раздвигая заклинившиеся челюсти ножом, вытащенным из спины.
Он был ослаблен после гриппа и еле держался на своей деревяшке. Деревяшка была как новая, поскольку Сантис каждое утро подстругивал ее топориком.
Петруччо достал из-под плаща составные части автомата, собрал его, приставил дуло к груди Сантиса и прицелился. Целился он хорошо, потому что был одноглазым. Как и Сантис.
- Ну что, поговорим с глазу на глаз? - сказал он и выстрелил Сантису в грудь.
Но промахнулся. И пули пробили старику лоб.
Сквозь дырку во лбу старика Сантиса Петруччо увидел бегущих полицейских. Пора было сматывать.
Петруччо смотал бикфордов шнур, который он собирался подкопать под Сантиса, и просто швырнул в него бомбу.
Страшной силы взрыв разворотил здание, и все пятнадцать этажей вместе с жильцами рухнули на беднягу Сантиса.
- Убегаешь, трусливая гиена?! - крикнул своему товарищу Сантис и закурил.
А Петруччо сел в лимузин и, дав по Сантису прощальный залп из трехдюймовой базуки, на бешеной скорости помчался в Синг-Синг, свою любимую тюрьму, чтобы успеть к вечерней поверке.
На следующий день все газеты Нью-Йорка вышли с огромными заголовками: "Очередная вылазка мафии. Юбилейное покушение на Крепкого отца! Джузеппе Сантис доставлен в свою любимую больницу. Руки, ноги и туловище целы. Но пока не найдены. Как заявил сам пострадавший: "Я думаю, против меня что-то замышляется"!"

Зима ожидалась суровой. Петруччо начинал кровопролитную войну против Крепкого отца.


Copyright © 2000-2016 Asteria