Давайте выпьем
Место сдается
 

Информатика

     Василий преподавал информатику в тюрьме. Так, ничего особенного. Обычная тюрьма. И курс информатики традиционный. Разве  что по требованию заключенных расширен раздел, посвященный X Window System.
     Так что тюрьма - не самое последнее место после аспирантуры. Диссертацию  Василий дописал до половины ВВЕДЕНИЯ и забыл, на чем остановился.  А  тут  еще  кружок  ему  навесили  в нагрузку - по внекамерной  работе с молодежью. Молодеж нынче в камерах пошла не та,  что  раньше  - теперь у нее больше собственного соображения. Поэтому  важно,  чтобы с самых ранних сроков она выбирала в жизни правильную статью.
     Боюсь  повториться, но тюрьма - так себе, не лучше других. А что хотите? Не все, сами понимаете, сегодня могут заплатить, кому надо.  Много  развелось  тех,  кому  надо  много.  Так  что везде переполнено.  Приходится  отсиживать  свой срок до лучших времен. Поэтому без информатики сегодня ни шагу нельзя ступить, тем более в сторону. Это дошло даже до тюремного начальства.
     Разумеется, по уму-то бы надо уже и warehousing преподавать, и  хотя  бы  раз  в  месяц  (при  наличии безупречного поведения) разрешить  преподавать  кое-что  покруче.  Но  интеллект  местной охраны  дальше  С++  и NewEra не идет. А кто, скажите на милость, всерьез  заботится  об их собственной подготовке?! О  музыкальном образовании?!  Такой  зарплатой  стирается грань между теми, кому идет  срок,  и  теми  - кому идет выслуга. Личный состав почти не отличим от контингента. И одеты уже почти одинаково, и физиономии у  всех  из  одной квашеной капусты. Да и Василий, честно говоря, тоже не Ален Делон, хоть и по-французски свободно может кому надо ответить... Если спросят, конечно.
     Так   что,  хоть  и  много  сегодня  говорят-пишут-брешут  о бедственном положении в местах не столь отдаленных, а толку мало, поскольку   и  в  более  близких  местах  тоже  не  рай-с-манной-кашей-небесной.  Особенно  это  стало  бросаться  в  глаза  после увольнения  учителя  фигурного  катания.  (А  какие  чуть было не приключились  успехи!)...  Да теперь и ходить далеко от тюрьмы не надо.  Можно  просто  выйти  из  дома  на относительно безопасное расстояние с коньками - и уже достаточно. Можно отбрасывать...
     А  когда ближнее зарубежье в телевизоре наблюдаешь - оттуда, еще  дальше... Ори-свисти-надрывайся - ничего хорошего в ответ не услышишь.  Временами репортеры-невозвращенцы  показывают  тюрьмы совсем  уж дальнего зарубежья, но не о метафизической же близости западного  рая сейчас разговор. У нас в стране сидят программисты не хуже...

     Программист  номер 35847 внаглую шабашил на соседние тюрьмы. Числился и там (совместителем), правда, по другим статьям. Красиво жить не запретишь! Программы у него получались клевые, но непонятные  и  рекурсивные.  Комментарии  он  писал исключительно матерные  и  не  про семантику переменных и логические условия, а больше  излагал  в  них  свои  философские взгляды на начальство. Кстати,  и  гонорары  брал  исключительно неучтеной капустой  или чефиром (только по праздникам - кефиром для укрепления здоровья). Сквозь  пальцы начальство вынуждено было смотреть и на регулярные передачи извне через формальные параметры. Начальство его ценило.
     А  здоровья  номеру  35847  требовалось  много - чай, третья ходка-итерация  и  впереди  бессрочный цикл в клеточку. И держали его,  считай,  не  просто  так,  и не для личного удовольствия, а вместо  интегрированного CASE-средства. Наши кадры могут заменить не только экскаватор...
     -  У  всех оно есть тама! И нам оно надо здеся! - утверждало начальство   по   поводу   западного  CASE-средства,  резонно  не собираясь его покупать, - Мы тут такой апгрейд сами себе сделаем, только  держись.  Наш  номер  35847 - номер один! А если надо для дела,  то  ему  и  статья-то  всегда  найдется.  Самая научная, в натуре.

     Ася  раньше  была  совсем никчемной девчонкой. До тюрьмы она занималась  предосудительным  промыслом;  по заключению экспертов  службы  занятости  -  достаточно  далеким  от программирования. А теперь успешно и старательно изучала под неусыпным контролем Васи оператор  присваивания  и  некоторые другие тонкости, хотя и была всего на шестом месяце программирования общего режима.
     Она уже осознала, что общедоступные программные переменные - главный источник ошибок молодости. Более скрытый и опасный, чем ерническое goto. Поэтому Ася писала оператор присваивания без goto и почти без переменных. Исключительно для NP-полных задач. Чем подавала всем каждый день пример. И настолько сильно она служила живым примером, что приметившее   ее  вышестоящее командование даже обещало за все это (по совокупности) показать ей на днях настоящий Oracle.

     Познакомились  Вася  с  Асей,  как  и  следовало  ожидать, в библиотеке.  Вася  настойчиво  приучал контингент  к библиотекам. Библиотеки  были  стандартными - как и положено в тюрьме. Поэтому эстетсвующие хакеры-рецидивисты напрасно часами шмонались в них в поисках  последних  изысков  программистской  фени.  Увы,  каждая библиотечная  программа  имела  обязательный штамп: "Проверено на соответствие инструкции - замечаний нет".
     Ася  тоже делала вид, что вызывает библиотеку. На самом деле она    вызывала    Васино    внимание.   Вася   что-то   бормотал не-много-члено-раздельное   про  синтаксис  и  семантику,  а  Ася напирала  больше на прагматику, не говоря уже об естественной для молодых   красивых   девушек  семиотике.  Она  даже  сделала  ему предложение  помочь  с  диссертацией  и  любыми  другими  личными проблемами.
     Все  бы  хорошо,  Ася с Васей даже были близки к тому, чтобы вместе написть алгоритм. Но у нас, ведь, все, не как у людей.
     Программист  в  законе  по кличке "Кэша", вместе еще с парой авторитетов  системного программирования, склонили номер 35847  к нелицензированной активности:
     - Или срочно организуешь нам круиз, или мы тебе своппинг сделаем!
     Своппинга боялись все, даже самые прожженые информатики. Так что  номер  35847  вынужден  был тайно и бесплатно во внережимное время подготовить, отладить и запустить в фоне коллективный побег в  виртуальную реальность. Или в реальную виртуальность. Хрен редьки не слаще.
     А  тут,  откуда  не  возьмись  -  начальство  с  внеплановой верификацией.  А  программисты  в  законе  хоть  и  все по списку налицо,  но  абсолютно  виртуальные. А что с них таких счастливых возьмешь?
     Конечно,  был  бы  Василий  рядом,  он  бы  может и об'яснил командирам  в  доступной  форме,  что  надо  радоваться.  Что это произошла   опережающяя   лучшие   зарубежные   тюрьмы  об'ектно-ориентированная  инкапсуляция. Но не было в нужном месте в нужное время  Василия  с  его  информатикой.  Так часто бывает с нужными людьми  и  нужными  местами.  И  с информатикой вообще. Вася, как назло, тоже пребывал в это время в виртуальной реальности с Асей. Откуда   его  и  уволили  за  утрату  доверия  и  распространение неутвержденной виртуальности среди исправляющихся программистов.
     Информатику  отменили.  Вместо  нее ввели спец. дисциплину - экологию тюремного дела. Впредь, до особого распоряжения...

     Сами  виноваты...  Сидеть  спокойно  и  писать комментарии к программам до конца срока сдачи им, вишь ли, западло...

---
(с) 1996, А.Соловьев


Copyright © 2000-2016 Asteria