Давайте выпьем
Ростовская мебель
 

Из лагерной литературы

Содержание : 1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9

Педагогическая трагедия

     На официально языке огороженные колючей проволокой городки с вышками по углам давно уже не называются на "лагерями", ни "зонами". Вместо тюрем у нас следственные изоляторы, вместо лагерей - ИТК, исправительно трудовые колонии. В основе всей нашей пенитенциарной системы идея исправления коллективным трудом. Эта идя сформулирована и внедрена в нашу жизнь замечательными книгами А.С. Макаренко. Гуманизм ее в применении к преступникам не надо доказывать: общество не только налагает кару на своих оступившихся членов, но и заботится об их исправлении, очищении от скверны, возвращении к честному труду в коллективе свободных людей. Недаром начальники отрядов набираются из офицеров с гуманитарным высшим образованием - философы, историки, педагоги, юристы.

     Когда они принимали назначение и шли сюда работать, некоторые втайне мечтали о стезе Макаренко - о массовом перевоспитании преступников, о возвращении заблудших на истинный путь. Все это так красиво выглядело в книгах и кинофильмах о перековке. Убеждение, воодушевление, прозрение, трудовой энтузиазм, благодарственные письма от бывших питомцев, скупые слезы на твердых небритых скулах... Реальность быстро остудила эти идеальные представления. "Опускаются руки, говорил мне один такой идеалист. - Ничего не получается. Только выйдут на свободу, глядишь возврат, многие по нескольку раз. Исправленных ужасающе мало, да и ненадежные они. Все говорим о доверии, доверии. Вот недавно подписали одному досрочное, отличные были характеристики, а через неделю взят за убийство".

     Мой опыт общения с зэками говорил о том же. В откровенной беседе лишь некоторые делились намерениями начать новую жизнь "завязать" с уголовным миром. Господствовало просто желание больше не попадаться - действовать умнее, хитрее, ловчее, но в старом духе. Ссылались на то, что нынче не проживешь по-людски, что все так думают. "Я что, я как все. Пахать дураков нет. Зарплата - ха, это разве бабки? Смех один. На раз в кабак сходить". "Так ведь опять сюда загремишь". - "Зачем же! С умом надо". И умолкал. А по ночам в разных углах под стакан чифира шли шепотом бесконечные совещания "деловых" о том, как это - с умом. Обмен опытом. Замыслы. Планы.

     Думал и я. О том, в чем ошибка, коренная ошибка. И пришел к выводу, что ошибочна сама вера в магическую силу труда и в повсеместную благотворность коллектива. И труд и коллектив были на всякой каторге, у галерников. Каторжный труд нередко убивал, но никого не мог изменить. Бандиты оставались бандитами (а декабристы - революционерами). Лагерь это пародия на педагогическую поэму.

     Макаренко тут не причем. Его учение нельзя распространять на лагеря и тюрьмы. У него был совсем другой коллектив: юношеский, не столь уж подневольный (без охраны и ограды), набранные не из закоренелых уголовников, а из безпризорников, не говоря уже о том, что во главе стоял гениальный воспитатель. К тому же коллектив был разношерстный, неопытный, без сложившихся традиций, и Макаренко, будучи гениальным воспитателем, сумел передать ему энтузиазм всей страны, зажечь молодежь новыми идеями, создать новую романтику, открыть увлекательную жизненную перспективу. В исправительно - трудовой колонии - совершенно другая картина.


лечение наркозависимости в одессе

Copyright © 2000-2016 Asteria